olegkorsun (olegkorsun) wrote,
olegkorsun
olegkorsun

Categories:

Про «лесные богатства» Забайкалья

Нам периодически напоминают о том, как много леса в Забайкалье пропадает буквально зря из-за того, что расчётная лесосека не используется в должной мере. Вот только что Чита.ру процитировало министра природных ресурсов РФ С. Донского, который назвал Забайкальский край в числе регионов, являющихся «наиболее перспективными с точки зрения наличия свободных лесных ресурсов». Оказывается, у нас неиспользованная расчётная лесосека составляет 16 миллионов кубометров.

Как чудесно! Какие перспективы открываются, например, в плане расширения российско-китайского сотрудничества по использованию забайкальского леса!


Здесь буквально хочется обругать забайкальских лесорубов за то, что они такие ленивые и почему-то никак не хотят рубить эти самые свободные 16 миллионов га в год.

Но, боюсь, что знакомые с темой специалисты вряд ли согласятся с этими цифрами. Даже официальные документы подсказывают, что "экономически доступная часть расчетной лесосеки в Забайкальском крае, по экспертным оценкам, с учетом сложившихся цен и таможенных пошлин, не превышает 4,5 млн. м3". Так что, эта чудесная неиспользованная расчётная лесосека состоит в основном из леса на неудобьях, рубить которые просто нерентабельно. Все сливки в лесном хозяйстве Забайкалья сняты ещё десятилетия назад, а сам лес поближе к лесорубам не прибежит.

Можно ещё добавить, что, например, ио
министра природных ресурсов Забайкальского края А. Петров недавно напомнил, что лес у нас не столько вырубается, сколько сгорает. Причём сгорает, как минимум, на порядок больше, чем вырубается. Так, может быть, и сгораемое тоже не мешало бы как-то связать с той-же расчётной лесосекой? Лесу ведь всё равно - рубят его или палят. Результат-то, по сути один. Рубка может быть ещё и лучше, если с умом. А пожар, даже если низовой, обязательно уничтожит молодняк, подраставший последние пару десятков лет. О верховом же и говорить нечего.

Вот и неплохо бы сперва посчитать, какая часть расчётной лесосеки у нас ежегодно сгорает. Попробуем это сделать, пусть и с некоторыми допущениями, хотя бы для двух последних лет.

Итак, задача. Дано: в 2016 году в Забайкалье по официальным данным пройдено пожарами 276 тысяч гектаров леса, в 2015-м - 898 тысяч гектаров. К сожалению, у меня нет данных о том, какой процент живых и пригодных к вырубке деревьев остался на этих площадях, но сомневаюсь, что эти горельники будут кому-либо из коммерсантов интересны в ближайшие десятилетия. Разве что в первый год, пока древесина не повреждена насекомыми. А потом - в лучшем случае на дрова местным жителям. Так что, даже если где-то лесу повезло, и пожар не везде оказался верховым, коммерческая ценность горельника с большой вероятностью будет так низка, что коммерсанта туда спустя пару лет и пряником не заманишь. Соответственно, запасы древесины на таком участке можно смело исключать из расчётной лесосеки.

Для решения задачи нам также нужно знать, каковы у нас запасы древесины на один гектар насаждений. Попробуем прикинуть. Например, в Ингодинском лесничестве - не худшем, но и, наверное, не лучшем в Забайкалье по запасам - расчётная лесосека при рубке спелых и перестойных лесных насаждений оставляет 9279 га. Ликвидный запас древесины на этой площади - 1031,1 тыс. кубометров, деловой - 779,6 тыс. кубометров (данные Лесохозяйственного регламента). Итого на один гектар спелых и перестойных лесных насаждений приходится в среднем 111 кубометров ликвидной или 84 кубометра деловой древесины.

Справедливости ради следует сказать, что если мы берём не только спелые и перестойные насаждения, а ещё и рубки ухода и прочее, менее интересное и рентабельное с коммерческой точки зрения, то получаем цифры поменьше - 77 и 54 кубометра соответственно.

В принципе, это вполне соотносится с цифрами, которые можно получить, начав считать с другого конца. Официальная статистика говорит, что в Забайкалье общая площадь лесного фонда составляет 32,6 млн.га, а общий запас древесины лесных насаждений -- 2507,22 млн. кубометров. Разделив второе на первое получаем 77 кубометров на гектар. Попробуем взять это значение в качестве базового.

Теперь можно и посчитать. Итак, в 2016 году в Забайкалье пройдено пожарами 276 тысяч гектаров леса. Если предположить, что в результате этих пожаров весь лес приведён в негодность, то это значит, что регион лишился более 21 миллиона кубометров древесины, что составляет 133% упомянутой министром неиспользованной расчётной лесосеки. Выходит, что она уже с лихвой "использована" - пожарами.

Теперь посчитаем для 2015 года, когда лес горел на площади 898 тысяч гектаров. Получается, что пожар уничтожил  уже 69 миллионов кубометров древесины - 430% от неиспользованной расчётной лесосеки. То есть, в прошлом году мы могли сжечь около четырёх расчётных лесосек, и то, что наша лесная наука позволила бы дополнительно вырубить за четыре года, мы сожгли всего за один.

А за последние годы у нас было немало лет, когда даже по официальным данным лес сгорал на сотнях тысяч гектаров. Взять, например, 2012-й год - сгорело 486,5 тыс. га.

Конечно, меня можно упрекнуть, что в этих расчётах есть слабое место - при пожарах не всегда сгорает 100% деревьев. И здесь я вполне готов ввести поправочный коэффициент, если найдутся специалисты, которые обоснованно подскажут, каков же у нас процент лесов, пройденных пожарами, но сохранивших при этом свою коммерческую ценность и оставшихся интересными не для срочной вырубки дешёвого горельника, а для нормального потенциального арендатора, расчитывающего работу на годы или десятелетия вперёд.

Пока же невесёлый опыт "приоритетного" китайского проекта в Могочинском районе показывает, что арендатор рвёт и мечет как раз из-за того, что во многих местах замечательные (на бумаге) леса, неосмотрительно взятые в аренду, оказались сплошными горельниками. Что, в свою очередь, заставляет хозяев Амазарского проекта лихорадочно искать хоть какие-то новые источники лесного сырья в разных районах Забайкалья. И, подозреваю, они, как и другие потенциальные инвесторы, их просто не найдут. Ну разве что на несколько лет работы комбината, пока не будут вырублены последние несгоревшие и самые экологически ценные участки леса в бассейне Шилки и в верхнем течении Амура.


Так что, предполагаю, слова министра о нашем большом и неиспользуемом лесном потенциале заставят грустно улыбнуться многих лесников и лесопользователей. И здесь я, скорее, готов согласиться с экспертами Гринпис, утверждающими, что все лесные ресурсы Забайкалья, которые можно было бы использовать, на деле съедаются пожарами.

Кстати, На эту же проблему можно посмотреть и с другой стороны. По данным космического мониторинга Забайкальский край в среднем ежегодно теряет 160 тысяч гектаров леса (возможно, это как раз результат тех самых верховых пожаров). Если перевести это в кубатуру, то получится, что в регионе каждый год запасы древесины убывают на 12 миллионов кубометров - ни много ни мало, а на три четверти от неиспользованной по мнению министра расчётной лесосеки. Только в данном случае речь идёт о тех лесах, которые уже просто не успевают возобновляться. И, боюсь, при оценке расчётной лесосеки эта убыль тоже вряд ли кем-то учитывается.

Шагреневая кожа. Привет тем, кто принимал Лесной кодекс и старательно обескровливал лесную службу и систему защиты российских лесов от пожаров.

Tags: Лес, Пожары
Subscribe

  • (no subject)

    Удачное фото Алексея Шипицина иллюстрирует заметку про ползающих по весеннему снегу насекомых.

  • Centrotus cornutus

    Горбатка обыкновенная (Centrotus cornutus) - мелкая цикадка около 8 мм длиной. Но зато как причудливо её украсила природа. Снято в Могочинском…

  • Platarctia atropurpurea

    Довольно редкая североазиатская бабочка медведица украшенная (Platarctia atropurpurea ( =ornata)). Забайкалье, Могочинский район.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments