olegkorsun (olegkorsun) wrote,
olegkorsun
olegkorsun

Categories:

Жизнь северной пустыни

Как-то я обещал перепечатать в ЖЖ свою статью о природе Чарских Песков, отправленную в журнал "Природа". Статья напечатана (№11, 2013, с. 68-77), хотя на сайте журнала этого номера пока нет. Поэтому теперь я могу с чистой совестью выставить здесь копию статьи. Иллюстраци были подготовлены с запасом, но здесь оставляю только те, которые были отобраны редакцией для статьи. В блоге по тэгу "Чарские Пески" можно найти фото Песков и в большем количестве.

Кстати, несмотря на то, что журнал издаётся Академией наук, редакция позволяет себе некоторые популяризаторские излишества наподобие эпиграфов и даже элементов художественности изложения. Так что, я не преминул этим воспользоваться.


26 DSC_5395
Когда ты стоишь один на пустом плоскогорье, под
бездонным куполом Азии, в чьей синеве пилот
или ангел разводит изредка свой крахмал;
когда ты невольно вздрагиваешь, чувствуя, как ты мал,
помни: пространство, которому, кажется, ничего
не нужно, на самом деле нуждается сильно во
взгляде со стороны, в критерии пустоты.
И сослужить эту службу способен только ты.
                                                      И. Бродский

Прошло уже более полувека со времени появления в журнале «Природа» статьи В.С. Преображенского «Барханы и гидролакколиты Чарской котловины» (№5, 1961) [1]. Наверное, это была первая из, увы, немногочисленных публикаций, рассказавших широкому читателю о замечательной пустыне, расположенной на севере Забайкалья в окружении северной тайги.
20 DSC_2425
Вездеходная дорога на Чарских Песках

Казалось бы, лежащая на мерзлотной «подушке» Чарская впадина буквально перенасыщена водой – болота, заросли кустарниковой берёзы (ерники), чахлые лиственничники. Обрамляющие долину хребты Кодар и Удокан исправно сбрасывают в неё бурные дождевые потоки. Нетающие ледники закрывают горные перевалы всего лишь в 30–40 километрах отсюда – на хребте Кодар. Снеговые «шапки» на вершинах – постоянное украшение здешних пейзажей даже в июльскую жару. Километровые наледи то тут, то там покрывают речные берега большую часть года. Все эти ландшафтные прелести невольно привлекают внимание любого путешественника у иллюминатора рейсового Ан-24, заходящего на посадку к маленькому аэропорту села Чара.
Но недаром В.С. Преображенский назвал Чарскую впадину «районом географических парадоксов». И будто бы специально, чтобы пассажиры смогли оценить это в полной мере, экипаж проводит самолёт над Песками – большим жёлтым пятном посреди малахитовой зелени Чарской впадины.
Северное Забайкалье богато на природную экзотику – более тридцати ледников, голоценовый вулканарий, лавовые плато, термальные источники, водопады, гидролакколиты (ледяные бугры), наледи, крупнейшие месторождения меди, железа, коксующихся углей. Чарские Пески в этом списке занимают далеко не последнее место в силу впечатляющих контрастов этого урочища и его большой площади. Ещё В.С. Преображенским было отмечено, что оно является самым крупным скоплением незакреплённых, перевеваемых ветром песков в пределах гор Прибайкалья и Станового нагорья. Длина песчаного массива – почти десять километров, ширина – более четырёх. Однако уникальность северной забайкальской пустыни определяют не столько её размеры, сколько сформировавшееся здесь уникальное природное сообщество – крайне бедное по видовому составу, эволюционно молодое, но успевшее накопить ряд примечательных черт.
Начавшееся в последние годы освоение минеральных богатств Кодара и Удокана заставило экологов всё громче говорить о необходимости создания национального парка на севере Забайкальского края. Чарские Пески просто обречены стать одной из его жемчужин. Поэтому наши посещения Песков 2011–13 гг. предполагали не просто продолжение исследований этой парадоксальной во многих отношениях северной пустыни, начатых В.С. Преображенским, Ф.П. Кренделевым, А.В. Гаращенко, Н.А. Дулеповой и другими геологами, географами и ботаниками. Не менее важной целью было оценить последствия антропогенной нагрузки, как современной, так и ожидаемой в будущем, а также способность экосистемы Песков выдержать её без ущерба для себя.

Барханы как детище ледника
С геологической точки зрения Чарские Пески представляют собой зандровый массив – песчаные отложения, накопившиеся у подножия ледника. Образование этих отложений связывается с периодом зырянского оледенения (100–55 тыс. лет назад) [2]. В это время вершины Кодара были скрыты ледником, у подножия которого – в современной Чарской впадине – располагалось крупное подпрудное озеро. В межледниковье это озеро исчезало, но возникло вновь в период сартанского похолодания (24–15 тыс. лет назад). Ледник, сползавший по узкому троговому ущелью реки Средний Сакукан, вынес большое количество обломочного материала, сформировавшего мощную конечную морену.
Современные Пески располагаются фактически на границе, разделявшей морену и существовавшее в сартане подпрудное озеро. Уровень этого озера (740 м) [3] совпадает с уровнем современной границы песчаных дюн и окружающей их тайги (730–760 м над ур. моря). Скорее всего, в период последнего плейстоценового оледенения холодные озёрные воды оказались союзником эоловых процессов, неустанно перевевавших пески и препятствовавших их зарастанию.
Самый удивительный результат этой работы – невероятная однородность песка по его гранулометрическому составу. В пределах всего урочища практически невозможно найти даже небольшой камешек. Кодарские граниты оказались размолоты на отдельные зёрна, не превышающие 1 мм в диаметре [4]. Мелкие пылинки (до 0,1 мм) также почти отсутствуют – отвеяны ветром или отмыты водой. Как результат, в пределах всего массива преобладают зёрна с поперечником 0,2–0,3 мм. Идти по такому песку босиком в летний день – сплошное удовольствие, которому могут позавидовать отдыхающие на лучших пляжах мира.
3 DSC_5488а
Суффозионная воронка

Правда, ощутить это можно, лишь пока солнце скрыто облаками или не поднялось высоко над горизонтом. Ведь Забайкалье – один из самых солнечных регионов России. Здесь, как в настоящей пустыне, песок быстро нагревается до состояния, когда в нём, кажется, можно запекать куриные яйца. И путешествующего по Пескам не должны обманывать заснеженные вершины на горизонте или невыносимо ледяная вода родника, бьющего на дне глубокой суффозионной воронки.
2 DSC_5305
Барханы на периферии Чарских Песков

Ещё одна удивительная особенность Чарских Песков – кажущаяся невероятной контрастность их границ. Только что вы с трудом пробирались по заболоченному лиственничнику, а то и по настоящему северному болоту с высокими осоковыми или пушицевыми кочками. Вам вполне мог встретиться гидролакколит – бугор пучения, «вздувшийся» благодаря линзе замёрзшего льда вместе с растущими на нём «пьяными» лиственницами [5]. Поэтому появление за деревьями первого бархана – не самого крупного, высотой с трёхэтажный дом – воспринимается как проникновение в совершенно иной мир. Впереди будут встречи и с 30-метровыми барханами, вытянутыми в километровые гряды, но первое впечатление всё равно останется самым сильным.
Нельзя сказать, что на всём протяжении Песков здесь не заметно присутствие тайги. То тут, то там у подножий барханов встречаются лентовидные оазисы из сосны обыкновенной и лиственницы Гмелина, да ещё и с вкраплениями кедрового стланика – казалось бы, убеждённого любителя высокогорий. Сосны и лиственницы также обрамляют и борта небольших родников, пробивающихся сквозь толщу песка в северной части урочища. На своём пути родники дают начало нескольким маленьким озёрам.

Каждый вид наперечёт
Совершенно новой стороной открываются Пески, когда пытаешься оценить видовое разнообразие этого урочища. Жизнь на голом песке, конечно, не сахар, но здешние травы не выглядят какими-то выморочными. Другое дело, что весь список высших сосудистых растений на Песках (конечно, без учёта оазисов) составляет лишь полтора десятка видов [6]. Это кажется невообразимо малым для урочища площадью порядка трёх тысяч гектаров. Для сравнения: флора знаменитых дюнных песков острова Ольхон на Байкале насчитывает 114 видов [7].
При этом флористический состав окружающих Пески лесов, болот и лугов довольно богат. А.В. Гаращенко насчитал в пределах Чарской впадины 384 вида высших сосудистых растений [6].
Сравнительно массовыми среди растений Песков являются лишь шесть видов. Но именно они, поселяясь на, казалось бы, бесплодном субстрате, формируют специфический и очень живописный облик этого урочища, превращающий его в одну из самых цветущих пустынь мира.
Характернейший вид Песков – остролодочник шерстистый (Oxytropis lanata) из семейства Бобовых. Его небольшие белёсые куртинки разбросаны здесь всюду кроме подвижных барханов, на которых уже не в состоянии зацепиться ни одно растение. Длинные побеги остролодочника уходят глубоко в песок. Начнёшь раскапывать и понимаешь, что несколько, казалось бы, отдельных куртинок – на самом деле есть не что иное, как короткие окончания побегов одного растения, широко раскинувшегося под песчаной толщей. Надземные побеги покрыты густым серебристым опушением, защищающим их от потери влаги. Розовые соцветия остролодочника – главное украшение пустыни в летнее время.
6 DSC_2398
Остролодочник шерстистый

Остролодочник шерстистый – эндемик Восточной Сибири и Северной Монголии, почти нигде не встречающийся за переделами побережья Байкала. Чарские Пески – изолированная, крайняя северо-восточная точка его распространения. Но здесь, за полтысячи километров от Байкала этот вид чувствует себя не хуже, если не лучше, чем где-нибудь на Ольхоне.
Второе украшение Песков – прострел Турчанинова (Pulsatilla turczaninovii). В Забайкалье это один из типичнейших степных видов, лишь изредка, по южным остепнённым склонам, заходящий в сухие сосновые леса. Казалось бы, сырая и холодная Чарская впадина – совсем не место для этого степняка, но, по крайней мере, на Песках ценопопуляция данного вида выглядит процветающей в прямом и переносном смысле слова. Правда, к июлю прострел уже отцветает, и в разгар лета среди песка торчат лишь пушистые соцветия в густом ореоле перисторассечённых листьев.
8 DSC_2390
Прострел Турчанинова

Единственным настоящим эндемиком Чарских Песков является таран зелёно-золотистый (Aconogonon chlorochriseum). Представители рода Таран из семейства Гречишных – не редкость в Восточной Сибири на песчаных выдувах и берегах рек и озёр. В этом регионе известно не менее семи видов данного рода, причём два из них – также узкие эндемики, обязанные своим происхождением пескам западного побережья Байкала. Вероятно, такой эндемизм связан с «островным» характером многих песчаных сообществ. Скорее всего, таран зелёно-золотистый также сформировался как отдельный вид на берегах древнего подпрудного озера, заполнявшего дно Чарской впадины. Как и у остролодочника шерстистого корневища тарана уходят вглубь рыхлого песка, оставляя на поверхности лишь субтильный на вид побег, увенчанный кистью чуть желтоватых цветков.
9 DSC_5045
Таран зелёно-золотистый

Ещё одной интересной особенностью урочища является крайне малая представленность на здешних дюнах злаков и осок. По сути их здесь лишь два вида, успешно выдерживающих напор подвижных песков благодаря ползучим корневищам, – житняк Наталии (Agropyron nataliae) и осока аргунская (Carex argunensis). Первый вид был некогда описан с Чарских Песков и почти не растёт за их пределами, хотя имеет весьма близкого родственника – житняк Михно (A. michnoi) – в степях Даурии. Осока аргунская же, казалось бы, типичный степняк. Однако у этой осоки  известна и высокогорная разновидность (C. argunensis, ssp. alticola), встречающаяся вплоть до Колымы. Такое распространение вида позволяет видеть в нём один из компонентов древних плейстоценовых тундростепей, некогда покрывавших просторы Восточной Сибири.
11 DSC_5035
Осока аргунская

Наконец, последним массовым видом Песков является хамеродос крупноцветковый (Chamaerhodos grandiflora). Это интересное растение семейства Розовых произрастает в основном в Байкальском регионе. Но, подобно осоке аргунской, точечно встречается и далеко на севере, добираясь чуть ли не до берегов Северного Ледовитого океана. Впрочем, он повсюду остаётся типичным псаммофилом – любителем открытых песков, которые наверняка были широко распространены на пространствах Восточной Сибири в прошлом – на наиболее сухих и холодных этапах плейстоцена.
12 DSC_4954
Хамеродос крупноцветковый

Отдельными, более редкими, вкраплениями по соседству или в составе остролодочниковых, тарановых, житняковых и осоковых формаций можно встретить гвоздику разноцветную (Dianthus versicolor), полынь Ледебура (Artemisia ledebouriana), смолёвку ползучую (Silene repens) и несколько видов ив, главным образом, крушинолистную (Salix rhamnifolia) и Шверина (S. schwerinii). На этом видовое разнообразие высших сосудистых растений Чарских Песков почти исчерпывается.
Таким образом, флора этого урочища носит явно двойственный характер. С одной стороны её составляют псаммофилы – обитатели песчаных пустошей. Но одновременно в её облике угадывается генетическое родство с более южными степными сообществами. Недаром А.В. Гаращенко назвал растительные группировки Песков «степоидными». Вероятно, присутствие здесь, как и вообще в Чарской впадине, степных растений – есть отголосок их прошлого распространения в составе плейстоценовых тундростепей. Пески, окружённые со всех сторон северной тайгой, стали для этих растений одним из убежищ – рефугиумов.

Животные на песке
Специфические условия Песков обеспечили существование здесь весьма ограниченного числа видов насекомых. Достаточно сказать, что довольно богатая фауна прямокрылых насекомых Забайкалья, насчитывающая около 80 видов, на Песках представлена лишь двумя – кузнечиком Седакова (Gampsocleis sedakovii) и коньком сибирским (Chorthippus hammarstroemi). Такой набор лугово-степных видов, характерных для далеко не самых аридных условий Забайкалья, довольно необычен. Например, на Песках мы не встретили псаммофильно-петрофильных кобылок-трещоток, которые весьма обычны для сухих степей Забайкалья, хотя и заходят на север вплоть до Чарской впадины. Здесь они, из-за дефицита подходящих биотопов, освоили жизнь на гравийных насыпях БАМа и заброшенной Чинейской железной дороги. Но расположенные рядом Чарские Пески напрочь лишены громкого треска их крыльев.
15 DSC_2673
Кузнечик Седакова

Зато два вышеупомянутых вида на Песках буквально процветают. Бедность растительности и недостаток хороших убежищ вовсе не стали препятствием для их локального обилия. Хотя жизнь среди песка наложила отпечаток на поведение этих насекомых. В жаркие дни можно было наблюдать, как забравшиеся на бархан личинки кузнечиков старательно поднимают брюшки повыше над раскалённым песком, буквально вставая «на цыпочки». Подобное поведение широко распространено среди различных обитателей пустынь, но совершенно не характерно для такого вида как кузнечик Седакова в других, типичных для него, биотопах.
16 DSC_2330
Конёк сибирский

«Степоидность» местной фауны заметна и в обитании на Песках других, более южных по распространению, насекомых. Характерный пример – пластинчатоусые жуки. Например, если присутствие в таких северных местах яркоокрашенного хрущика шелковистого (Rhombonyx holosericea) ещё можно объяснить его псаммофильностью, то обилие типично лугово-степных цветороек Hoplia aureola, буквально «приватизировавших» соцветия тарана, выглядит особенно примечательным.
17 DSC_5094
Хрущик шелковистый

Впрочем, как и в случае с растениями, это именно «степоидность», носящая явно рудиментарный характер. Насекомых-степняков можно буквально пересчитать по пальцам. Многие систематические группы насекомых, формирующие характерный облик даурских степей на юге Забайкалья, здесь полностью отсутствуют. Нет жуков-чернотелок и нарывников, отсутствуют обильные в степях бабочки-бархатницы и голубянки. Дневные бабочки вообще «игнорируют» Пески. Можно провести здесь целый летний день и не встретить ни одного из видов всем известной группы Rhopalocera, которых мы обычно называем просто бабочками и без которых, кажется, трудно представить любую из известных нам наземных экосистем – от тропического леса до альпийской лужайки. Разве что мелькнёт над Песками молочно-белое крыло вездесущей боярышницы (Aporia crataegi), случайно залетевшей из соседнего лиственничника, где среди зарослей голубики и брусники в обилии вырастают гусеницы этого вида.
Зато настоящими хозяевами Песков кажутся жуки-скакуны – хорошо летающие жужелицы. Эти типичные псаммофилы – и яркий скакун трёхцветный (Cicindela coerulea), и чуть более мелкий кирпично-бурый скакун ограниченный (C. restricta) – чувствуют себя здесь в родной стихии. Иногда кажется, что небогатые на насекомых Пески просто не в состоянии прокормить этих стремительных, вооружённых длинными зазубренными челюстями хищников, которые на английском языке очень удачно называются жуки-тигры (tiger-beetles). То там, то здесь на песке видны полузасыпанные норки, в которых развивались личинки скакунов.
18 DSC_2464
Скакун трёхцветный

В целом же, подобно флоре, фауна насекомых на Песках крайне обеднена и представлена псаммофилами и, в меньшей степени, более южными по происхождению лугово-степными элементами.
Говорить о серьёзном присутствии в пределах урочища позвоночных животных просто не приходится. Земноводные и пресмыкающиеся, вообще редкие на севере Забайкалья, вероятно, даже временно не посещают Пески. Немногочисленные птицы – седоголовые овсянки (Emberiza spodocephala) и черноголовые чеканы (Saxicola torquata), белые трясогузки (Motacilla alba) и большие пёстрые дятлы (Dendrocopos major), если и обитают в границах Песков, то практически не выходят за пределы сосново-лиственничных оазисов у подножий барханов.
19 DSC_5345
Скакун ограниченный

Совершенно не встречаются в границах урочища следы грызунов. Песок, на котором хорошо заметны отпечатки лапок даже жуков и кузнечиков, казалось бы, должен быть испещрён следами более крупных животных. Но их просто нет. Может быть, дело в пристрастии здешних полёвок и леммингов к более увлажнённым местообитаниям. А может, в том, что тончайший и постоянно перевеваемый ветром песок этого урочища просто не даёт возможности вырыть качественную нору. Единственное млекопитающее, следы которого нам удалось увидеть на песке – это лисица. Да и та, судя по единичности цепочки следов, здесь скорее случайный посетитель, а никак не постоянный обитатель.
22 DSC_5186
Ивняк на склоне бархана

Конечно, на фоне здешних барханов очень органично смотрелись бы верблюды. Но, вероятно, в последний раз такую картину можно было наблюдать лишь в плейстоцене. В XX веке единственным крупным животным на Песках были лишь северные олени. Да и те появлялись здесь, только если заезжему журналисту удавалось уговорить местного эвенка, кочующего с домашними оленями, собрать «караван» из нескольких животных и вывести их на Пески для удачного фотоснимка местной экзотики.

Как увидеть Алёнушку
Люди посещают Пески преимущественно летом. Пока их сравнительно не много. Хотя урочище находится совсем близко от районного центра села Чара, когда разливается вытекающий из горного ущелья Средний Сакукан, число желающих перейти его вброд резко падает. А оплатить тур на вездеходе  может позволить себе далеко не каждый путешественник. Поэтому большинство посетителей Чарских Песков – снаряжённые рюкзаками туристы, понимающие ценность урочища и привыкшие не оставлять за собой мусор. Вдобавок большинство из них склоняется лишь к одному, наиболее популярному, маршруту, пересекающему восточную честь Песков и выводящему к питаемому родниками озеру с лирическим названием Алёнушка. Самые решительные из туристов успевают побродить по барханам центральной части Песков, где их следы почти тут же стираются порывами ветра. Западная же периферия Песков, кажется, менее всего тревожится путешественниками и совершенно не носит следов человеческого присутствия.
23 DSC_4924
Гвоздика разноцветная

Пожалуй, наибольший ущерб Пескам сейчас способны нанести арендуемые некоторыми туристами вездеходы, которые оставляют свои следы на песке и разрушают растения и лишайники. Но, к счастью, их воздействие очень локально: дороги, опять же, ведут, главным образом, к Алёнушке. А ветра быстро задувают следы от гусениц.
Но нужно думать и о будущем. На 2014 год запланировано начало работ по проектированию национального парка «Кодар». С его появлением и развитием туристической инфраструктуры желающих позагорать на берегу пустынного озера,   окружённого идеальным пляжем, будет становиться всё больше. Главное, чтобы это было не в ущерб ландшафтам и обитателям этого примечательного места. Ведь сообщества с бедным видовым разнообразием, как известно, наиболее уязвимы в случае внешнего воздействия.
Вероятно, первое, что придётся сделать администрация будущего национального парка – это провести зонирование территории урочища, а также строго ограничить и локализовать перемещение транспорта по Пескам. При вдумчивом подходе ещё многие желающие смогут полюбоваться и поднимающимися из песка розовыми огоньками остролодочника, и тем, как покрытые снегом горные пики проступают сквозь марево северной пустыни.

Литература
1. Преображенский В.С. Барханы и гидролакколиты Чарской котловины. Природа. 1961, №5.
2. Лазаревская С.Н., Еникеев Ф.И., Помазкова Н.В. Чарские Пески // Малая энциклопедия Забайкалья. Природное наследие. Новосибирск: Наука, 2009.
3. Еникеев Ф.И.  Россыпеобразование в условиях гляциального морфогенеза Восточного Забайкалья. Автореф. дисс. докт. геол.-мин. наук. Чита, 2011.
4. Кренделев Ф.П., Насырова Р.А. Современные долинные образования Чарской котловины // Удокан (природные ресурсы и их освоение). Новосибирск: Наука, 1985.
5. Кренделев Ф.П. Барханы и ледяные бугры Чарской котловины. Природа. 1983, №2.
6. Гаращенко А.В. Флора и растительность Верхнечарской котловины (Северное Забайкалье). Новосибирск: Наука, 1993.
7. Касьянова Л. Н., Азовский М. Г. Растительность дюнных песков острова Ольхон на Байкале и вопросы ее охраны // География и природные ресурсы. 2011. T. 32. Вып. 3. С. 57–63.
Tags: Забайкалье, Каларский район, ООПТ, Чарские Пески
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments